Новые элементы золотой стратегии Китая

Китай сегодня разворачивает одну из самых продуманных и масштабных стратегий на мировом рынке золота. То, что на поверхности выглядит как всплеск розничного спроса — очереди в магазинах беспошлинной торговли в Хайнане, новые магазины инвестиционных слитков на центральных улицах Гонконга, стремительный рост акций золотодобывающих компаний, — в действительности является частью гораздо более глубокой трансформации. Пекин одновременно строит новую торговую инфраструктуру в Гонконге, усиливает позиции своих компаний за рубежом через фондовый рынок, наращивает золотые резервы центрального банка и направляет внутренний спрос через налоговые и тарифные механизмы. Речь идет не просто о торговле металлом, а о попытке повлиять на саму систему формирования мировых цен на золото.

Несмотря на то, что Китай уже давно является крупнейшим в мире производителем и потребителем золота, международная цена на металл по-прежнему определяется преимущественно на «Лондонском рынке драгоценных металлов» и на Нью-Йоркской товарной бирже, где торгуются фьючерсные контракты. Именно там сосредоточена исторически сложившаяся инфраструктура, ликвидность и доверие участников. Китайские власти намерены изменить этот баланс, и ключевая роль в новой конфигурации отводится Гонконгу.

Недавно правительство Гонконга создало полностью государственную структуру под названием «Гонконгский центральный клиринговый центр по драгоценным металлам» (Hong Kong Precious Metals Central Clearing). Эта компания должна начать работу в тестовом режиме уже в этом году. Ее задача — обеспечить централизованные расчеты по операциям с золотом и другими драгоценными металлами. Клиринг — это система взаимных расчетов между участниками торгов, без которой невозможно построить полноценный финансовый центр. Параллельно власти планируют расширить мощности по хранению золота в Гонконге до более чем 2000 метрических тонн в течение трех лет. Кроме того, предполагается усиление сотрудничества с Шанхайской биржей золота, которая уже играет важную роль на внутреннем рынке.

Это не просто технические шаги. Речь идет о стратегической задаче — увеличить долю Китая в международном обороте золота и укрепить влияние на процесс ценообразования. Заместитель министра финансовых услуг и казначейства Гонконга Джозеф Чан прямо заявил, что цель заключается в расширении рыночной доли и усилении влияния на международные цены. Если материковые инвесторы смогут свободно хранить и торговать золотом через Гонконг, это создаст дополнительную ликвидность. Если зарубежным инвесторам станет удобнее проводить расчеты в Азии, а не в Лондоне, торговые потоки могут постепенно сместиться на восток. Снижение транспортных и логистических издержек для азиатских стран также усиливает привлекательность новой площадки. Со временем ликвидность начинает притягивать новую ликвидность, формируя альтернативный центр притяжения.

Вторая часть стратегии — контроль над источниками добычи. Китайские золотодобывающие компании активно расширяют зарубежное присутствие, а фондовый рынок Гонконга становится для них ключевым каналом привлечения капитала. Компания «Цзыцзинь Голд Интернешнл» (Zijin Gold International), дочерняя структура государственной группы «Цзыцзинь Майнинг» (Zijin Mining Group), объявила о планах приобрести канадскую компанию Allied Gold примерно за 5,5 миллиарда канадских долларов. Сделка дает доступ к проектам в Эфиопии и Мали. Ранее «Цзыцзинь» привлекла около 28 миллиардов гонконгских долларов в ходе первичного размещения акций — процедуры, известной как «первичное публичное размещение» или IPO (Initial Public Offering).

Крупнейшая частная китайская золотодобывающая компания «Чифэн Цзилун Голд Майнинг» (Chifeng Jilong Gold Mining) также разместила акции в Гонконге для финансирования проектов в Лаосе и Гане. Акции золотодобывающих компаний показали выдающуюся динамику: бумаги «Цзыцзинь Майнинг» выросли примерно на 150 процентов в 2025 году и прибавили еще около 26 процентов в начале 2026 года, значительно опередив индекс Hang Seng. Рост котировок позволяет компаниям привлекать дополнительный капитал и продолжать экспансию. Таким образом формируется замкнутый цикл: государственная стратегия усиливает интерес к акциям, рост капитализации облегчает финансирование новых проектов, а расширение добычи укрепляет позиции Китая на мировом рынке.

Геополитика играет в этом процессе важную роль. После того как западные страны заморозили российские активы, многие государства начали пересматривать структуру своих резервов. Золото, в отличие от государственных облигаций, не зависит от решений эмитента и не может быть заморожено по политическим причинам. «Народный банк Китая» увеличивает золотые резервы уже пятнадцать месяцев подряд и одновременно сокращает долю американских казначейских облигаций в структуре валютных активов. При текущих ценах около 5000 долларов за унцию аналитики «Бэнк оф Америка Секьюритиз» (BofA Securities — инвестиционное подразделение Bank of America) считают, что потенциал дальнейших покупок остается значительным. Золото становится элементом финансового суверенитета.

В то же время развивается эксперимент в провинции Хайнань, объявленной крупнейшим в мире «портом свободной торговли» (Free Trade Port). Большинство товаров здесь освобождено от ввозных пошлин. Жителям острова предоставлена годовая квота беспошлинных покупок на сумму 10 000 юаней, а посетителям с материка — до 100 000 юаней. Формально политика направлена на стимулирование импорта и демонстрацию открытости Китая мировой торговле. Однако главным бенефициаром оказался рынок золота.

В январе объем продаж в зоне беспошлинной торговли вырос почти на 45 процентов и достиг 4,5 миллиарда юаней. В первые пять дней празднования Лунного Нового года продажи увеличились еще на 19 процентов. Наибольшим спросом пользуются золотые украшения. В день запуска режима нулевых тарифов цена золота в магазинах компании «Чоу Тай Фук Джуэллери Груп» (Chow Tai Fook Jewellery Group) составляла 1177 юаней за грамм — примерно на 13 процентов ниже, чем в Гуанчжоу. Даже с учетом стоимости перелета экономия оставалась ощутимой. Местные власти дополнительно стимулировали покупки, предоставляя купоны на сумму до 4000 юаней при крупных расходах.

Социальные сети наполнились инструкциями по использованию купонов и расчетами выгоды. Покупатели фактически занимаются арбитражем — извлечением прибыли из разницы цен. Причиной такого поведения стала и налоговая реформа: в ноябре Пекин отменил механизм, позволявший ритейлерам компенсировать налог на добавленную стоимость при продаже золота, приобретенного через Шанхайскую биржу золота. В результате инвесторы переключились на Хайнань.

В условиях, когда банковские депозиты приносят минимальный доход, а ликвидность в экономике остается высокой, золото воспринимается как способ сохранить стоимость капитала. В 2025 году металл вырос на 58 процентов, а в 2026 году прибавил еще около 13 процентов. Средний класс реагирует не увеличением потребления, а перераспределением сбережений.

В Гонконге происходит параллельная трансформация. Инвестиционные магазины слитков занимают помещения на первых этажах в престижных районах — там, где раньше располагались бутики модных брендов. Компания «Сан Голд Койнс» (San Gold Coins), имеющая около 100 магазинов в материковом Китае, открыла точки в Центральном районе, Козуэй-Бэй и Цим Ша Цуй. Ее стратегия заключается в том, чтобы привлечь не только профессиональных инвесторов, но и случайных прохожих. Ранее дилеры работали в офисных зданиях и обслуживали узкий круг клиентов. Теперь золото выходит на улицу.

Около половины клиентов в Гонконге — местные жители, включая молодых специалистов и управляющих хедж-фондов. Компания делает акцент на прозрачном ценообразовании и немедленном выкупе металла. Это повышает доверие в условиях волатильного рынка. Одновременно крупные ювелирные бренды расширяют присутствие, а уровень вакантности в центральных районах снижается.

Возникает вопрос: является ли этот золотой подъем временной реакцией на высокие цены и глобальную нестабильность или частью долгосрочной стратегии? Судя по масштабу инфраструктурных проектов, это системная перестройка. Китай стремится не просто участвовать в мировой торговле золотом, а влиять на правила игры. Если Гонконг укрепит позиции как азиатский центр клиринга и хранения, а китайские компании расширят контроль над месторождениями, это постепенно изменит глобальный баланс.

На данный момент цены на золото формируются в западных финансовых центрах. Однако Китай – крупнейший производитель и потребитель металла – делает шаги к тому, чтобы получить более весомый голос в этом процессе. Инфраструктуру можно создать относительно быстро, но доверие и международное признание формируются годами. Тем не менее очевидно, что Китай больше не хочет быть лишь участником золотого рынка. Китай стремится стать одним из его архитекторов.