Как новые правила по НДС поменяют структуру китайского рынка золота?

1 ноября 2025 года Министерство финансов Китая и Государственное налоговое управление ввели новую систему налогообложения операций с золотом, которая будет действовать до конца 2027 года и окажет глубокое влияние на всю структуру рынка. Для понимания масштаба изменений важно помнить принцип работы китайского НДС: компании уплачивают разницу между выходным налогом, начисленным на продажу, и входным налогом, полученным при покупке. Ранее, при выводе золота из хранилищ Шанхайской золотой биржи (Shanghai Gold Exchange, SGE) или Шанхайской фьючерсной биржи (Shanghai Futures Exchange, SHFE), налоговые органы автоматически выдавали специальный налоговый счет-фактуру (Special VAT Invoice) со ставкой 13 процентов, который можно было полностью зачесть как входной налог. Это означало, что НДС фактически начислялся только на добавленную стоимость сверх цены металла. Такая система длительное время обеспечивала ювелирным компаниям и крупным участникам рынка доступ к золоту по очень выгодным налоговым условиям.

Новая модель сохранила полное освобождение от НДС для операций, проводимых непосредственно на биржевых площадках SGE и SHFE, включая сделки золотых биржевых фондов (gold ETFs) и различные банковские инвестиционные программы. Однако правила для вывода золота из хранилищ теперь разделены по назначению металла — инвестиционному или неинвестиционному. Если участник SGE или SHFE забирает золото для дальнейшей перепродажи в виде слитков или монет, он по-прежнему получает счет-фактуру со ставкой 13 процентов и сохраняет прежний налоговый режим, при котором НДС начисляется только на наценку. Для рядового покупателя, приобретающего инвестиционные слитки и монеты у банков и крупных сетей, практически ничего не изменилось. Но компании, которые не имеют статуса члена SGE, теперь поставлены в менее выгодное положение: они не получают зачетный входной НДС и вынуждены платить полную ставку при каждой перепродаже. Это приводит к эффекту многократного налогообложения внутри дистрибуции и резко снижает конкурентоспособность небольших розничных сетей.

Таким образом, структура рынка инвестиционного золота уже начала смещаться в пользу крупных участников — банков, аффинажных предприятий и ведущих ритейлеров, обладающих членством в SGE и возможностью предлагать более низкие цены. Эта тенденция, по мнению Metals Focus, не ослабит общий инвестиционный спрос: для конечного потребителя цена остается примерно прежней, но каналы продаж перераспределяются в пользу крупных игроков. В ювелирном сегменте изменения оказались куда болезненнее. Теперь, если золото выводится для производства украшений, компания получает лишь обычный счет-фактуру со ставкой 6 процентов, но обязана начислять выходной НДС по ставке 13 процентов. Разница превращается в дополнительную налоговую нагрузку, которая полностью перекладывается на покупателей. В результате цены на золотые украшения в Китае уже выросли примерно на 7 процентов и будут увеличиваться дальше по мере исчерпания старых запасов.

Это особенно важно, учитывая специфику китайского ювелирного рынка, где более 95 процентов продаж приходятся на изделия из чистого золота 24K, нередко покупаемые в качестве сберегательной альтернативы. В сегменте массивных изделий, которые продаются по весу и имеют низкую трудовую наценку, новая налоговая формула делает такие покупки ощутимо менее выгодными. Уже появились случаи, когда потребители выбирают обходной путь: покупают инвестиционные слитки, а затем несут их частным мастерам для изготовления украшений, чтобы избежать дополнительного НДС. Вполне вероятно, что власти попытаются закрыть такие лазейки дополнительными мерами регулирования.

Стоит отметить, что поворот от ювелирных изделий к инвестиционным слиткам начался в Китае задолго до изменения налоговой политики. Уже в 2024 году потребители активно переходили от украшений к слиткам из-за более выгодного спреда между покупкой и продажей. Одновременно ювелирные компании все чаще продвигали дизайнерские коллекции с высокой добавленной стоимостью, что делало инвестиционные продукты еще привлекательнее. В итоге инвестиционный спрос вырос на 20 процентов и достиг 336 тонн — максимума с 2013 года — тогда как спрос на ювелирные изделия упал на 24 процента и опустился до уровня начала пандемии. Эти тренды усилились в 2025 году: за первые девять месяцев ювелирный спрос сократился на 25 процентов, а инвестиционный вырос на 24 процента. На крупнейшем оптовом рынке золота в Шэньчжэне, районе Шуэйбэй, отмечается слабая посещаемость после праздников, но это объясняется сезонностью. Основной эффект новых правил проявится в конце года, когда начинается высокий сезон свадебных и праздничных покупок.

Тем временем вся цепочка поставок адаптируется к новым реалиям. Некоторые небольшие ритейлеры стремятся вступить в SGE, чтобы получить налоговые преимущества, другие ищут партнерства с действующими членами биржи. Производители и крупные сети перераспределяют ресурсы в пользу коллекций с высокой добавленной стоимостью, менее чувствительных к изменению цены. Активно растет интерес к программам «обмен старого на новое», поскольку они освобождены от дополнительного НДС на принимаемый металлолом, что стимулирует оборот ювелирных изделий даже в условиях роста цен.

Контекст, в котором происходят все эти изменения, состоит в том, что золото вновь стало ключевым инструментом защиты портфелей как внутри Китая, так и в мире. По данным London Stock Exchange Group (LSEG), рост цен на золото за последние полтора года стал одним из самых устойчивых рыночных трендов. Золотые биржевые фонды вновь привлекают значительные средства: в первой половине года глобальные ETF увеличили свои запасы на почти четыреста тонн. Китайские инвестиционные фонды также активно наращивают позиции: активы под управлением золотых продуктов превысили шестнадцать с половиной миллиардов долларов, а мультиактивные фонды удерживают от пяти до пятнадцати процентов портфеля в золотых инструментах. На этом фоне китайский фондовый рынок остается вялим: индекс Shanghai Composite по-прежнему почти на сорок процентов ниже исторического максимума 2007 года. Сочетание низкой доходности акций, торговых конфликтов с США и растущей неопределенности лишь укрепляет интерес к золоту как инструменту долгосрочной защиты.

В целом, изменения в налоговой системе, поведение потребителей и макроэкономическая неопределенность приводят к тому, что золото в Китае все меньше рассматривается как сырье для украшений и все больше — как стратегический инвестиционный актив. Ювелирный рынок сталкивается с серьезными барьерами: рост цен, низкая уверенность потребителей, фиксированные бюджеты и прогнозируемый рост мировых цен на золото в 2026 году. Инвестиционный сегмент, наоборот, получает мощный стимул благодаря налоговым преимуществам членов SGE, растущей роли золота в диверсификации портфелей и продолжающимся покупкам Народного банка Китая. Все это превращает китайский рынок в один из крупнейших глобальных центров не ювелирного, а именно инвестиционного золота — и эта трансформация только ускоряется.